Стихи про братские могилы

От лирических строк, полных скорби и уважения, до суровых эпических картин и философских размышлений – стихотворения отражают разные грани темы братских могил, обращаясь к сердцам читателей. Школьникам, готовящимся к ЕГЭ, подборка помогает не только проникнуться значимостью исторической памяти, но и вдохновляет на осмысление таких тем, как долг, мужество и вера в себя, столь важная для успеха на экзамене. Эти стихи – дань уважения павшим и напоминание о том, почему мы должны помнить их подвиг.

Братские могилы

На Братских могилах не ставят крестов,
И вдовы на них не рыдают,
К ним кто-то приносит букеты цветов,
И Вечный огонь зажигают.
Здесь раньше — вставала земля на дыбы,
А нынче — гранитные плиты.
Здесь нет ни одной персональной судьбы —
Все судьбы в единую слиты.
А в Вечном огне видишь вспыхнувший танк,
Горящие русские хаты,
Горящий Смоленск и горящий рейхстаг,
Горящее сердце солдата.
У Братских могил нет заплаканных вдов —
Сюда ходят люди покрепче,
На Братских могилах не ставят крестов…
Но разве от этого легче?!

Владимир Высоцкий

«Ни звезды…»

Ни звезды
Ни креста
Ни черта
Волосы
Вместо травы
Торчат
Из земли
На братской могиле

Холин И. С.

«Прохожий, подойди. Лежим в могиле братской…»

Прохожий, подойди. Лежим в могиле братской.
Нас было четверо, любили мы смеяться,
Цвела тогда сирень, мы были влюблены,
Ходили в школу мы за месяц до войны.
Прохожий, пели мы. Потом запели пули.
Ты знаешь жизнь, в нее мы только заглянули.
Мы жить хотели, но была беда:
Мы отступали и сдавали города.
В то лето было много горя и развалин.
Кукушки коротко в то лето куковали,
Мы в поле залегли, касалась щек трава.
Была пред нами смерть, а позади ― Москва.
Есть нечто, вечности оно дороже:
Погибли мы, но ты живешь, прохожий,
Ты смотришь, говоришь, и этот день живой
Стоит, как облако, над розовой Москвой.

Эренбург И. Г., 1948

«У насыпи братской могилы…»

У насыпи братской могилы
я тихо, как память, стою,
в негнущихся пальцах сжимая
гражданскую шапку свою.

Под темными лапами елей,
в глубокой земле, как во сне,
вы молча и верно несете
сверхсрочную службу стране.

Всей верой своей человечьей,
и мыслью, и сердцем своим
мы верим погибшим солдатам,
и мертвые верят живым.

Так вечная слава убитым
и вечная слава живым!
Склонившись, как над колыбелью,
мы в ваши могилы глядим.

И мертвых нетленные очи,
победные очи солдат,
как звезды сквозь облако ночи,
на нас, не мерцая, глядят.

Смеляков Я. В., 1945

Возле братской могилы

Возле братской могилы
над прахом советских солдат,

словно тихие сестры,
березы и ели стоят.

И безвестная жница,
оставив другие дела,

первый сноп урожая
печально сюда принесла.

И шахтерскую лампу
на вечный могильный бугор,

возвращаясь со смены,
безвестный поставил шахтер.

И несмело, негромко
меж темных вечерних ветвей

то засвищет, то смолкнет,
то снова начнет соловей.

К этой славной могиле,
неспешно идя от села,

Михаила и Машу
тропинка сама привела.

И почудилось им,
что глаза погребенных солдат

сквозь могильную землю
в глаза комсомольцев глядят.

Что с великой заботой,
как в зеркало будущих дней,

смотрит прошлое наше
в глаза молодежи своей.

… Мы стояли в запасе,
а когда вы упали в цветы,

взяли ваши винтовки
и стали на ваши посты.

Мы вернулись домой,
не одни истоптав сапоги,

взяли молоты ваши
и стали за ваши плуги.

Все традиции ваши
мы бережно в сердце храним,

допоем ваши песни
и ваши дела завершим.

Не сегодня, так завтра
пятилетнего плана путем

мы в сады коммунизма,
в сады коммунизма войдем.

И хотим, чтоб в то утро
со всех параллелей земли

все товарищи наши
в страну коммунизма пришли.

Чтоб пришли наши деды
на празднество красных знамен

из подпольных собраний,
из песен далеких времен.

Чтобы в кожаных куртках
пришли комиссары страны

из архивов Истпарта,
из приказов гражданской войны.

Чтобы встали, услышав,
как зорю горнист протрубил,

наши мертвые братья
из воинских честных могил.

В полевые бинокли
видали, видали они

за огнями сражений
городов коммунизма огни.

Над могилами их
повторяла, прощаясь, страна:

«Ваше дело живет.
Вечно ваши живут имена».

Подымайся, селькор,
и на Красную площадь иди

со своею тетрадкой,
с кулацкою пулей в груди.

Ночью возле оврага
сражен ты в неравном бою.

Мы вернем тебе солнце,
мы вытащим пулю твою.

Вот идут с «Марсельезой»
Парижской коммуны сыны

от Стены коммунаров
до башен Кремлевской стены.

Вот от вышек бакинских,
наметив далекий маршрут,

двадцать шесть комиссаров,
двадцать шесть комиссаров идут.

Кто с кайлом, кто с лопатой
идут из недавней поры

землекопы Турксиба,
бригады Магнитной горы.

Из газетных подшивок,
из сумрака книжных палат

Маяковский и Фучик
идут на весенний парад.

Из полдневных небес
на посадку идет самолет.

Над своею Москвою
его Талалихин ведет.

И шагают в обнимку
под заревом алых знамен

комсомольцы Триполья,
комсомольцы твои, Краснодон.

И встречают героев,
встречают отцов и друзей

сын подземных заводов
и дочь подмосковных полей.

Смеляков Я. В.

«У насыпи братской могилы…»

У насыпи братской могилы
я тихо, как память, стою,
в негнущихся пальцах сжимая
гражданскую шапку свою.

Под темными лапами елей,
в глубокой земле, как во сне,
вы молча и верно несете
сверхсрочную службу стране.

Всей верой своей человечьей,
и мыслью, и сердцем своим
мы верим погибшим солдатам,
и мертвые верят живым.

Так вечная слава убитым
и вечная слава живым!
Склонившись, как над колыбелью,
мы в ваши могилы глядим.

И мертвых нетленные очи,
победные очи солдат,
как звезды сквозь облако ночи,
на нас, не мерцая, глядят.

Смеляков Я. В., 1945

Поминальная

Наша память бессильна уйти от потерь,
всё с фонариком бродит в былом.
Даже в праздничный день
чья-то тихая тень

вместе с нами сидит за столом.

Блиндажи той войны все травой заросли.
Тишина, и поют соловьи.
Не слова, не молва эту землю спасли,
а открытые раны твои.

Я счастливых живых в майский день созову.
Хоть тогда под огнем ножевым
не склоняли голов, но склоните главу
перед братом погибшим своим.

Сколько лет, сколько зим, как умолкла война!
Сколько слез утекло, сколько рек…
Мы в те годы с тобою прощались сполна,
чтоб уже не прощаться вовек.

Окуджава Б. Ш.