«Архипелаг ГУЛАГ» - краткое содержание произведения Александра Солженицына

Пересказ первых глав

Известный русский писатель, общественный и политический деятель, опираясь на собственный опыт и воспоминания очевидцев, повествует о так называемом ГУЛАГе — системе лагерей для неугодных советскому режиму граждан, состоявшей из нескольких колоний-поселений и тюрем строго режима. Со слов Солженицына, в произведении нет вымышленных персонажей, а все описываемые им события имели место быть в реальности.

Основную массу заключенных («аборигенов») в лагерях составляли:

• диссиденты;
• воры;
• убийцы;
• предатели родины.

Нередки были случаи, когда ни в чем неповинных жителей Советского Союза отправляли на исправительные работы без суда и следствия, забирая из постели в темное время суток, чтобы соседи оставались в неведении относительно работы карательных органов. Так пропадали целые семьи.

История этих поистине жутких мест берет начало в 1917 году, когда большевики развязали в стране красный террор. Изначально лагеря задумывались как объекты, куда будут отправляться инакомыслящие, троцкисты, белогвардейцы и прочие лица, не приветствующие проводимую государственным аппаратом политику.

После прихода к власти Сталина частыми гостями подобных тюрем стали представители интеллигенции, а также бывшие партийные работники. Среди арестованных было много раскулаченных крестьян, жителей азиатских регионов страны. Прямая дорога в лагерь была обеспечена бежавшим из немецкого плена, полицаям, шпионам и даже безобидным распространителям слухов.

Основанием для ареста чаще всего служила 58-я статья, подразумевавшая уголовную ответственность за контрреволюционную деятельность. По ней могли лишить свободы на срок от 10 до 25 лет.

По мнению очевидцев, диктатура советской власти в первую очередь преследовала цель подавления воли человека, а доказательство вины отходило на второй план. Для этого следователи не гнушались всевозможными пытками. Следственные протоколы составлялись так, что попавший в поле зрения сотрудников НКВД человек, сам того не желая, тянул за собой других.

Чтобы никого не подставить, Солженицын подписал обвинительное заключение, из-за которого он, собственно, и попал в ГУЛАГ.

Писателю очень повезло, поскольку вплоть до 1947 года обвиненный по 58-й статье мог быть приговорен к высшей мере наказания — расстрелу, но он отделался лишь восьмью годами заключения и вечной ссылкой.

Доставка к месту заключения

Самым первым «островом» архипелага стала колония, возникшая в 1923 году на территории Соловецкого монастыря. Позднее возникли ТОНы — тюрьмы особого назначения.

Для транспортировки людей к лагерю использовались:

• вагонзаки;
• баржи;
• пароходы.

Вагонзаки представляли собой обычные железнодорожные вагоны, в которых купе для зэков отделяли от общего коридора металлической решеткой. В небольшом помещении теснились 20 и более людей. На протяжении всего пути, иной раз занимавшего до месяца, арестанты получали только протухшую селедку и сухую воблу. Крестьяне, эмигранты и представители национальных меньшинств, как правило, садились в красные вагоны, политические заключенные — в черные, а инженеры, врачи и ученые доставлялись до конечной станции специальным конвоем.

Там, где невозможно было применить механический транспорт, заключенных отправляли к нужному пункту пешим этапом.

Пытаясь хоть немного смягчить свою участь, писатель ввел в заблуждение офицеров относительно своей профессиональной принадлежности, вследствие чего был переведен в качестве физика-ядерщика из Красной Пресни в Бутырскую тюрьму.

Завсегдатаи ГУЛАГа могут вспомнить не одну свою изнурительную пересылку. Каждый раз приходилось стоять под палящим солнцем или трястись от холода, подвергаться унизительным обыскам с раздеванием, посещать зловонные уборные, питаться несъедобной баландой, не говоря уже о гнетущем чувстве неопределенности. На пересылках люди оставались месяцами.

Это довольно тяжелое испытание, но полезная практика для новичков, которым еще только предстояло вкусить все «прелести» лагерной жизни.

Описание жизни «аборигенов»

Закон о принудительных работах вступил в силу в 1918 году. С тех пор постояльцев тюрем стали использовать в качестве бесплатной рабочей силы. Положение зеков стало еще более незавидным после того, как в стране стартовали пятилетки, призванные в короткий срок увеличить экономические показатели СССР. До 1930 года общественно полезным трудом занималось приблизительно 40% сидельцев.

В первую пятилетку перед советским народом была поставлена задача построить важнейшие индустриальные объекты. Заключенных массово привлекали к строительству железных дорог, магистралей, каналов. Как правило, арестанты валили лес без помощи специальной техники и оборудования. Людей размещали в палатках или землянках, в которых не было возможности высушить рабочую одежду.

Лишенные нормальной пищи и полноценного сна, зеки работали по 12−14 часов в сутки. На стройках ежедневно гибло большое количество народа. Отдельно нужно упомянуть про лагерную медчасть. Если до 1932 года там еще работали врачи, после — одни лишь могильщики.

Живыми из лагеря выходили единицы. Сбежать оттуда было практически невозможно. Жители окрестных населенных пунктов не сомневались в виновности заключенных, поэтому, увидев беглеца, сразу же докладывали властям, а не пытались его укрыть. Кроме того, за поимку такого авантюриста полагалось неплохое вознаграждение.

На вечно голодных «аборигенов» воздействовали с помощью «котловки» — распределения пайка в соответствии с выполненной нормой. Когда такая методика перестала давать результат, были образованы бригады. Бригадир, проваливший план, отправлялся в карцер. Все это автор ощутил на своей шкуре в лагере Новый Иерусалим, куда был этапирован в 1945 году.

Стоит отметить, что женщины-заключенные легче переносили тюремные условия, нежели мужчины, а в лагерях быстрее отправлялись на тот свет. Беременных отправляли в особые лагпункты. Как только мать переставала кормить малыша грудью, ее забирали обратно в лагерь, а ребенок попадал в детский дом.

Разумеется, в местах лишения свободы было распространено стукачество. Тот, кто заключил сделку с тюремной администрацией, регулярно доносил на товарищей.

«Придурками» на зоне называли тех, кто сумел неплохо устроиться и всегда был сыт и чист. Среди таких счастливчиков были повара, парикмахеры, фельдшеры, кладовщики.

Разрастание сети лагерей

Каждая лагерная зона была непременно окружена поселком. Некоторые населенные пункты со временем разрастались, превращаясь в крупные города, такие как Норильск или Магадан. Неподалеку от лагерей жили офицеры и надзиратели со своими семьями. Несмотря на бесплатную рабочую силу, содержание таких зон составляло весьма внушительную статью расходов.

В 1931 году архипелаг перевели на самоокупаемость, однако финансовая ситуация от этого коренным образом не изменилась, так как охранники нуждались в жаловании, а начальники — в возможности украсть лишнее.

С 1943 года преступников и врагов народа, помимо лагеря, теперь могла ждать каторга или виселица. Каторжные лагпункты находились при шахтах, и оказаться там было смерти подобно. Самым страшным трудом, какой только можно придумать, в основном занимались:

• полицаи;
• бургомистры;
• «немецкие подстилки».

С 1948 года страх на заключенных наводил своеобразный симбиоз лагерной зоны и каторги — Особые Лагеря.

Туда попадали осужденные по 58-й статье. Солженицыну довелось мотать срок сначала в особом лагере Степном, а затем — в Экибастузском.

Содержание финальной части

Мало кто из сидельцев имел силы и желание вдаваться в философские рассуждения и думать о высоком, не говоря уже о том, чтобы написать на листке бумаге то, что тревожило его душу. Все мысли были заняты тем, где бы достать корку хлеба. Духовное разложение не коснулось лишь тех, кто до попадания в лагерь успел получить соответствующее воспитание и образование.

Умственная работа помогала заключенным не обращать внимания на то, какие метаморфозы происходят с телом. Тем не менее хранить свои рукописи, если это не хвалебные оды «вождю народов», было крайне опасно — приходилось учить тексты наизусть.

Всем отсидевшим и сумевшим выжить в архипелаге светила бессрочная ссылка, что для многих арестантов было равносильно спасению, поскольку бывших зэков зачастую отказывались принимать родственники и близкие, приходилось врать про свое прошлое, устроиться на приличную работу было практически невозможно.

В постоянном напряжении находились и вольные люди. Страх за себя и близких, отсутствие гражданских прав и ущемление свободы способствовали распространению такого понятия в обществе, как стукачество. Говоря кратко, ложь и предательство стали верными спутниками, гарантирующими безопасность.

Многие надеялись, что после смерти Сталина лагеря, покалечившие огромное количество человеческих судеб, навсегда исчезнут, но этого не произошло. После амнистии Солженицыну стали приходить письма от бывших заключенных, которые убедили его, что ГУЛАГ останется до тех пор, пока существует породившая его система.

Роман, над созданием которого писатель трудился, уже будучи освобожденным, изобилует огромным количеством шокирующих воображение сведений о жертвах сталинских лагерей. Впрочем, анализ архивных документов показывает, что приведенные писателем цифры, в том числе общее число репрессированных, сильно преувеличены, а некоторые исторические факты искажены.

Прежде чем начинать читать «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына, следует ознакомиться с оглавлением книги, чтобы выяснить, на каких страницах особенно следует заострить внимание.